Category: история

lavr

Футурамка и факты. [3]


Многие, я знаю, презирают Ратаеву-Глатаеву, презирают Лунищу - Лёша, например, их очень презирает.
Я у него спрашиваю:
- А чего ты их так презираешь? Ты-то чем лучше, пёс ты паршивый? - и в мутные его круглые как у мыши буркалы смотрю со значением.
Но Лёша не теряет бодрости и довольно бодро отвечает:
- Так я и себя презираю, ггг.
После чего каждый раз он бывает мною избит и мощно выебон в оба отверстия, после чего каждый же раз рыдает и, всхлипывая и даже захлёбываясь своими всхлипами и стонами, не может понять, за что:
- За что? За что? ЗА ЧТО?! - всхлипывает и стонет он и не может понять.

[Впрочем, мы отвлеклись...]Впрочем, мы отвлеклись. Итак, в это самое время паршивая Лунища кряхтела, пыхтела, скрипела, стонала и даже подвывала, сидя на унитазе и пытаясь посрать - но как она не напрягалась, как она не старалась - так, что её паршивые унылые глазищи начинали вылезать из орбит - ничего у неё не выходило - пробка сидела хорошо.

На этом мы временно покидаем паршивую Лунищу и возвращаемся к покинутому нами ранее Футурамке - боясь расслабить сфинктер хотя бы на секунду и щурясь от света ночника, он нашаривал возле кровати свои паршивые тапочки и тут вдруг внезапно увидел стоявшего в углу человека, одетого в чёрное - разумеется, он решил, что враги подослали к нему убийцу-ниньдзя - он читал про такое.
Далее всё было быстро - единым модальным пластичным движением он выхватил из-под кровати садовые вилы, положенные им туда совершенно случайно, и, забыв про тапки, бросился на незваного гостя, который то ли хуже, то ли лучше татарина, который обязатально обнаружится под русским, если его поскрести - тут поэт Пушкин, конечно, прав - Великая Тартария, Великая Ордусь, вот это вот всё - то есть, точно, конечно, неизвестно - а если кому и известно, то вам ведь всё равно не скажут, биомассе - но очень похоже. Итак, единым модальным пластичным движением Футурамка выхватил из-под кровати садовые вилы, положенные им туда совершенно случайно, и, забыв про паршивые свои тапки и бросившись и набросившись на незваного гостя, стал, упираясь крепенькими ножками в пол, этими вилами нещадно пиздить врага по-всякому, по-разному - и плашмя, и ребром и тыкать - и так он его отпиздил, что свалился враг и стал на полу извиваться с каким-то странным свистящим или шипящим звуком. Футурамка, выставив вперёд вилы, осторожно нагнулся над телом - и чуть не упал! Тело было вовсе не тело, а надувной резиновый Лёша Пиздюк! Футурамка закрыл глаза, потряс головою и снова их открыл - наваждение исчезло - конечно, это был не надувной резиновый Лёша Пиздюк, а надувная резиновая женщина, купленная им через тырнетку, которую доставили как раз надысь, и которую он ещё не испытывал - пить он бросил, делать что-нибудь производительное ленился, а коротать долгие зимние вечера будет как-то ведь нужно...
В это самое время до обоняния Футурамки долетел, наконец, запах говна - он оглянулся и остолбенел - всё поле битвы было завалено какахами, раздавленными и размазанными по полу - след начинался с его кровати, откуда он стартовал и далее был везде - Футурамка закричал от ужаса...

Едва только дочитав до этих слов, Лёша вдруг внезапно мучительно проснулся, весь в горячей испарине и с колотившимся сердцем - он чувствовал себя так, как будто бы его сильно отпиздили вилами - вдруг внезапно свет стал меркнуть в его глазах, и сознание стало его покидать.
- Наконец-то свободен! - это было последнее, что он успел помыслить, одновременно слыша какой-то странный шипящий и свистящий, похожий на звук выходившего с шипением воздуха, шум.
Далее он уже ничего не мыслил, весь превратившись в нерефлексирующее тотальное восприятие, и на фоне упомянутого уже шума, который не только не затихал, но делался всё громче и громче и теперь напоминал приглушённый расстоянием рёв шквального ветра, Лёша вдруг внезапно отчётливо и очень близко услышал голос, локализованный в основном в левом канале, и этот голос сказал:
- Я утверждаю, что теория, занимающаяся практикой, говорит нам о том, что фактов не существует.
Поскольку Лёша превратился в нерефлексирующее тотальное восприятие, то мыслей внутри него никаких не было - и в тишине полного отстутствия мыслей он услышал ответивший первому голосу второй голос, локализованный в основном в правом канале:
- Видишь ли, всё это, конечно, так - и это факт - ну, кроме Лёши, разумеется.
Тут оба голоса весело расхохотались, не теряя, однако локализации каждый в основном в своём канале - и чем дольше они смеялись, тем, ко всё возраставшему Лёшиному ужасу, их смех всё более и более походил на ржание диких бешеных коней, которые питаются человеческим мясом!
Наконец, его ужас достиг того предела, что Лёша, будучи не в силах вынести этот ужас, будучи не силах вынести переживание этого состояния этого ужаса, несовместимого с этой возможностью, потерял сознание и тотчас же вдруг внезапно мучительно проснулся, весь в горячей испарине и с колотившимся сердцем - он был дико счастлив, что всё это оказалось только сном, а теперь он проснулся.
- А что "это"? Что "всё это"? - подумал он тотчас же вдруг внезапно и тотчас же попытался вспомнить, что же это - что же это было - было ведь что-то? Но что? Что он имел в виду, когда думал "всё это" - ведь имел же он в виду что-то - но что же? Что?
Он мучительно пытался вспомнить и не мог, но чувство счастья от того, что это, чем бы оно ни было или даже не было, оказалось только сном, не покидало его, не проходило, не переставало.
Стоит ли и говорить, что на самом деле Лёша вовсе не просыпался?
[Разумеется, на самом деле он спал...]Разумеется, на самом деле он спал, и ему только снилось, что он проснулся - но сам-от он об этом не знал и даже не догадывался о том, что не знает этого - но об этом, мои маленькие друзья, вы узнаете из следующей серии.